В данной статье анализируются архивные материалы по

узбекской классической литературе, относящиеся, в частности, к

изучению творчества Бабура в русской ориенталистике, которые до

настоящего времени оставались вне внимания научной

общественности. Исследование основано преимущественно на

источниках, хранящихся в крупных научных центрах Санкт-

Петербурга, – в архивах Российской национальной библиотеки,

Российской академии наук, а также Института восточных

рукописей. В качестве методологической основы используются

методы архивной ориенталистики и имагологии, что позволяет по-

новому осмыслить историко-литературный процесс и осветить

ранее неизвестные страницы русского бабуроведения.

В центре внимания в статье находится опубликованное и

неопубликованное научное наследие А.Н. Самойловича. В научный

оборот вводятся его рецензии на переводы «Бабур-наме», работы,

связанные с подготовкой полного издания трактата «Мубайин», а

также текстологические исследования парижской и рампурской

рукописей дивана Бабура. Кроме того, рассматриваются

рукописные материалы, относящиеся ко второй части издания

«Собрание стихотворений императора Бабура». Особое внимание

уделяется принципам, определяющим деятельность Самойловича в

области изучения переводов, его строгому и принципиальному

подходу к интерпретации текста, а также наблюдениям над

жанровыми, метрическими и языковыми особенностями поэзии

Бабура. Существенными научными результатами исследования

являются анализ состава парижской и рампурской рукописей

дивана Бабура, выявление их различий, изучение стихотворений, не

вошедших в диваны, а также сравнительное исследование

поэтических текстов, содержащихся в «Бабур-наме» и других

источниках. В статье обосновывается, что изучение архивных

материалов с позиций имагологии и текстологии способствует

формированию новых направлений в узбекском

литературоведении и позволяет более полно и объективно

реконструировать историю бабуроведения.